Главная

Советское кино. С13

Создание фильма

Создание клипа

Теория - съемка/монтаж

Классика кино

Статьи о старом кино и их создателях

Учеба от Автора

return_links(1); ?>

ФАН-ТРЕЙЛЕР

Другие фильмы

Брат
Социальные сети
фейсбук
google
Поделиться
 

Старое кино. Фан-ролики
Семидесятые

ТРЕЙЛЕР

"Остров Сокровищ"

Съемочная группа

В ролях
Режиссёр-постановщик: Евгений Фридман.
Авторы сценария: Эдгар Дубровский, Евгений Фридман.
Оператор-постановщик: Валерий Базылев.
Художник-постановщик: Константин Загорский.
Композитор: Алексей Рыбников.
Текст песен: Юлий Ким.
Звукорежиссёр: Николай Шарый.
Борис Андреев — «Долговязый» Джон Сильвер
Ааре Лаанеметс — Джим Гокинс (озвучил Алексей Борзунов)
Лаймонас Норейка — доктор Дэвид Ливси (озвучил Эдуард Изотов)
Альгимантас Масюлис — сквайр Джон Трелони (озвучил Виктор Рождественский)
Юозас Урмонавичус — капитан Александр Смоллетт (озвучил Владимир Дружников)
Игорь Класс — Бен Ганн (озвучил Сергей Курилов)

По материалам газеты «Комсомольская правда»

Первым советским кинопарусником стало рыболовецкое парусно-дизельное судно "Клим Ворошилов". С 1953 года оно перевозило арбузы и виноматериалы в Черном и Азовском морях, а когда Фридману понадобился парусник для фильма, его нашли вмерзшим в днепровский лед и выкупили у Херсонского винзавода.

По требованию инспекции Морского регистра судно пришлось полностью перестраивать. Для чего в помощь местным мастерам с Ялтинской киностудии послали бригады сварщиков, слесарей, столяров, механиков, электриков под командование главного консультанта и автора проекта переоборудования шхуны, научного сотрудника Военно-морского музея в Ленинграде Андрея Ларионова. Но его отозвали, когда работа была еще не закончена, и строительство пришлось брать на себя инженеру-конструктору Ялтинской киностудии Валерию Павлотосу, который не был знаком даже с названиями частей старинных парусников. Через полгода строительства бригантина "Эспаньола" была готова. 3 ноября 1970 года она зашла в порт Ялты.

Из воспоминаний инженера-конструктора Валерия Павлотоса:

  Летом 1970 года уже полным ходом шли съемки фильма, я с группой монтажников-высотников работал в труднодоступной местности: в Никитской расщелине, в урочище Сосняк, под скалой Шаан-Кая... И когда все «на суше» отсняли, оказалось что игровой корабль еще не готов. Возникла пауза в процессе, и меня вызвали в Херсон, где строили бригантину. Оказалось, что нашего консультанта из Военно-морского музея Андрея Ларионова отзывают на прежнее место работы — в Ленинград. Бригантиной пришлось заниматься мне, притом, что я никогда не строил суда. А тут — парусник XVII века!  

Из воспоминаний звукорежиссера фильма Николая Шарого:

  ...После того как "Остров сокровищ" посмотрели за границей, в латиноамериканской прессе появились статьи. В одной из них говорилось примерно следующее: мы удивлены природной красотой Ялты и тем, насколько достоверно фильм показывает Карибское море, на просторах которого разворачиваются события картины, и бригантиной, которую невозможно отличить от судов той эпохи.  

Сниматься на открытой палубе в летних костюмах под пронизывающим ветром никто из актеров желанием не горел, но в кадр все же вставали, а вот в трюме, в котором качка чувствовалась еще сильнее, некоторые просто не могли сосредоточиться и войти в роль. Так что на площадке у ресторана в Приморском парке пришлось строить корму судна, в которой и отсняли часть сцен. Рабочие раскачивали декорацию, и создавалась полная иллюзия съемок в открытом море. Но режиссер в основном все же требовал живой натуры.

Из воспоминаний художника-гримера фильма Светланы Шарой:

  ...Снимали далеко от берега, чтобы в кадре не было видно современных построек. Уходили в ГурзуфПартенитСудак... А как-то погнались за солнцем и не заметили, что приблизились к границе. "Эспаньолу" остановили пограничные корабли.
С пограничниками у съемочной группы по началу отношения никак не складывались. При выходе судна в море участники съемок проходили паспортный контроль, и в один из дней по возвращении бригантины в порт пограничники совсем опешили: "Уходило 35 человек, а вернулось 32. Вы что, троих на подводной лодке в Турцию отправили?" Объяснили - актеры люди занятые, и им иногда надо срочно улетать в Москву. Поэтому судно, чтобы сэкономить время и топливо, подходит к ближайшему причалу и высаживает артиста, где его уже ждет машина. Ну а когда в следующий раз на борту "Эспаньолы" оказалось больше пассажиров, чем при выходе в море, стражи границы просто махнули рукой: "Делайте что хотите!"

"А когда на море качка..." 

Для художника-гримера высшей категории Светланы Шарой съемки фильма о захватывающих приключениях Джима Хокинса, сквайра Трелони и доктора Ливси оказались самыми экстремальными из всех 102 кинокартин, в производстве которых она участвовала за 40 лет работы на Ялтинской киностудии.

- 4-5 ноября 1970 года прошли первые съемочные дни. Я тогда молодая была, и мне казалось, что съемки в море на средневековом судне мало чем отличаются от работы на берегу. Помню, как легко зашла на борт бригантины. Настроение отличное - вокруг много красивых актеров, жена композитора Таривердиева работала в картине художником-постановщиком... - вспоминает Светлана Иосифовна. - Но уже через 20 минут плавания я почувствовала, что не могу даже наклониться к сумке с париками. Под горой Аю-Даг по морю шла зыбь, и что килевая, что бортовая - все качки были нашими... 

Когда после первых съемочных дней "Эспаньола" вернулась в Ялту, на нее сбежалась посмотреть целая набережная народу. Вся группа, включая капитана, была серо-зеленого цвета, а первой на берег выпрыгнула собака - даже черный ньюфаундленд не выдержал экстремальной прогулки.

Кстати, один случай во время работы над "Островом сокровищ" аукается Светлане Иосифовне до сих пор. Она рисовала кровь на ухе Бориса Андреева, игравшего Джона Сильвера, а пиротехник тем временем решил проверить качество заряда пистоля. Проверил - выстрел получился громким. Прямо над ухом Шарой.

- Одно время у меня в левом ухе просто стреляло, а теперь уже и проблемы начались, - жалуется она.

Однако о том, что она участвовала в съемках первого в СССР блокбастера о морских приключениях в тропических морях, Светлана Иосифовна не жалеет. Вспоминает, что жили по тем временам небогато, но работали дружно, весело и творчески.

Платили крохи. Зарплата художника-гримера высшей категории была 120 рублей. Инвентаря не хватало, бывало, приходилось из дому приносить что-то из домашней обстановки. Но творили... За два-три месяца до съемок мы изучали историческую литературу и самостоятельно делали парики, бакенбарды, усы, бороды... А бутафоры, к примеру, покрыли бригантину специальным составом, и она выглядела по-настоящему старинным судном. А с какими режиссерами и актерами работали! Талантливый Евгений Фридман, неподражаемый Борис Андреев, эффектные прибалты Альгимантас Масюлис и Ааре Лаанеметс...

Композитор Алексей Рыбников о создании музыки к фильму "Остров сокровищ".
(из буклета к боксу "Алексей Рыбников. Музыка кино. Том I")

Создание музыки к фильму сопровождалось не совсем обычными обстоятельствами. Был 1970 год. Фильм снимался в Ялте на филиале студии им. Горького. Съёмки были очень необычными и романтичными. Например, в то время строительство шхуны специально к фильму было делом неслыханным. Тем не менее режиссёр Евгений Фридман настоял на этом, и "Эспаньола" была построена. Вообще, Фридман казался большим эстетом, детство и раннюю юность он провёл в США, где его родители жили или работали... На студии Горького и среди нас всех, таких советских, он считался "американцем". Он хотел сделать фильм международного уровня, не хуже западных (конечно, руководствуясь своими представлениями и вкусом). Поэтому он искал композитора, который бы мог написать ему соответствующую музыку.

И вот мне сообщили, что Фридман хочет со мной встретиться, поговорить. Я до этого написал музыку к трём фильмам, и это была музыка более близкая к симфонической, чем то, что искал Фридман. Очевидно, что при складывавшихся обстоятельствах мне нужно было поехать к нему. Для меня это было приятной неожиданностью, тогда мне было 24 года, уже хотелось сделать что-то заметное и яркое, и это, конечно, был тот случай, которого я ждал.

Но возникло неожиданное препятствие - в Ялте разразилась холера. Объявили эпидемию, туда перестали летать самолёты, съёмочная группа оказалась отрезанной от внешнего мира. Каким-то чудом мне удалось добиться разрешения на вылет в Ялту, и вместе с врачами и с каким-то спецотрядом я попал на самолёт, в котором было, по-моему, не больше 10-12 человек.

Когда я туда прилетел, мне были предложены крайне жёсткие условия: не было времени на то, чтобы ждать, что я что-то напишу, вернувшись в Москву, не было времени и размышлять о том, получится что-то или нет. Меня посадили работать в комнату на Ялтинской киностудии с расстроенным пианино, выдали ключ, чтобы я мог там работать днём и ночью. Ничего другого у меня в тот момент не было, кроме казённой атмосферы. Я привык сочинять в домашних условиях, на хорошем рояле, а тут разбитый инструмент, непонятная комната, и вот сиди и сочиняй что-то, а через несколько дней надо показать режиссёру эскизы. В такой экстремальнейшей обстановке надо было написать вдохновенную красивую музыку и доказать режиссёру, что именно я ему нужен для "Острова сокровищ".

И я написал несколько тем. Показывая их Фридману, я и свистел, и подпевал, и топал ногами, изображая ритм, в общем, всячески пытался представить моё сочинение эмоционально. Всё это сразу же убедило режиссёра, музыка ему понравилась, и он проникся ко мне доверием.

После этой встречи я уехал в Москву и продолжил сочинять. И вот когда уже всё было закончено, мне захотелось записать всё сочинённое по-человечески, а не так, как обычно, переписывать по 100 раз с плёнки на плёнку, накапливая шумы и теряя качество. Надо сказать, что в это же время на фирме "Мелодия" только-только появился 4-канальный магнитофон, где можно было записать на одну дорожку ритм, на другую дорожку - скрипки, на третью - хор, а там даже и солиста на четвёртую. Это было неслыханным прорывом, появилась возможность всё свести даже в стерео!!! В тот же момент для себя я понял, что я либо вообще больше никогда не буду работать в кино, либо сделаю запись на новейшем оборудовании фирмы "Мелодия".

Опять возникли сложности: такая запись категорически противоречила всем законам того времени, потому как средства были государственные, и Ялтинская киностудия не могла платить "Мелодии" ни под каким видом. Парадокс! Не могла одна государственная структура платить другой! Поэтому мне пришлось выдержать катастрофически тяжёлый бой с директором картины, я вынужден был кричать, орать, стучать кулаком. Но так как я отстаивал не свои интересы, а, по большому счёту, интересы фильма и интересы музыки, мне хватило настойчивости и упорства, чтобы всех убедить, что записывать надо на "Мелодии".

И записали с очень хорошими музыкантами на базе оркестра кинематографии. Некоторые музыканты приезжали к нам на запись из Прибалтики. Они играли на народных инструментах, продольных флейтах и волынках. Звукорежиссёром был замечательный мастер Эдуард Шахназарян.

Когда фильм вышел в прокат, власти его приняли очень холодно, так как помнили старый советский "Остров сокровищ", а от нашего фильма веяло совсем другим духом, в 70-х это было особенно ощутимо. И музыку тоже сочли прозападной и постарались принять в штыки. Например, песню "Малютка Дженни", написанную в стиле рок, из фильма выкинули, оставили ритм, который показался менее крамольным, чем песня со словами. Но позднее, когда в передаче "Доброе утро" передали песню целиком, это наделало шума и переполоха. Такой "пиратский" рок не должен был звучать в советском радиоэфире.

Несмотря на это песни, прозвучавшие по радио, сослужили мне хорошую службу: "Малютка Дженни" стала точкой отсчёта нашего знакомства с Марком Захаровым. Захарову песня очень понравилась, и он приметил меня как композитора. Можно сказать, что всё это было началом и "Звезды и смерти Хоакина Мурьеты", и "Юноны и Авось".

Владимир З
|2017 - 2020|